Местные органы власти оккупированных общин продолжают работу на подконтрольной правительству Украины территории. Общины существуют как административно-территориальные единицы, формируют собственные бюджеты и планируют восстановление после деоккупации.

Существование бюджетов оккупированных общин – это четкий сигнал, что Украина не отказывается от своих территорий. Это способ удержать правовой статус временно оккупированных территорий (ВОТ) и поддерживать связь с жителями общин, которые вынужденно покинули свои дома.

Собственный бюджет позволяет военным администрациям выполнять минимальные управленческие функции и планировать восстановление общин после деоккупации. Большое значение имеет поддержка внутренне перемещенных лиц (ВПЛ) и формирование сообществ жителей общины в разных городах. Значительная часть расходов бюджетов направлена на финансирование образования, строительства социального жилья, функционирования гуманитарных центров, организации оздоровительных и развлекательных мероприятий.

В то же время, несмотря на стратегически важное значение существования бюджетов оккупированных общин, возникает немало проблем относительно прозрачности и эффективности бюджетного процесса. Релоцированные общины – финансово зависимы, более 84% бюджетов составляют государственные трансферты. Потеря имущества, земли, коммунальных предприятий делает бюджетный процесс формальным.

Однако к оккупированным общинам до сих пор применяется общий механизм горизонтального выравнивания доходов. А также предусмотрена дополнительная дотация из государственного бюджета на осуществление полномочий органов местного самоуправления.

В отдельных оккупированных общинах бюджеты существенно выросли за последние годы. Например, расходы Лисичанской общины за 2024–2025 годы выросли вдвое – с 468 млн грн до 954 млн грн. В целом по результатам исполнения бюджетов за прошлый год, расходы крупнейших оккупированных городских общин составляют ориентировочно 1 млрд грн. К примеру, расходы Энергодарской общины – 1,07 млрд грн, Бахмутской – 775 млн грн, Мелитопольской – 903,3 млн грн. Для сравнения, бюджет Фастовской общины (Киевская область) составляет 932,8 млн грн, Бердичевской (Житомирская область) – 907 млн грн, Миргородской (Полтавская область) – 838,4 млн грн.

Бюджеты оккупированных общин имеют разную структуру. Часть военных администраций принимает решение основной статьей расходов сделать межбюджетные трансферты. Эта статья предусматривает выделение субвенций из местного бюджета государственному на поддержку Вооруженных Сил Украины. Например, в Светлодарской городской общине межбюджетные трансферты составляют почти 90% бюджета.

Часть общин перечисляет средства областному бюджету или другим общинам. Например, Скадовская передала средства Бериславской на реализацию оборонных мероприятий.

Возникает вопрос: насколько механизм перечисления субвенции другим бюджетам соответствует приоритетности и скорости потребностей фронта?

Высокими остаются расходы на финансирование работы органов местной власти и местного самоуправления. В оккупированных городских общинах эта статья расходов имеет практически такой же процент в структуре бюджета, как и в неоккупированных.

В Мариупольской общине расходы на органы местной власти составляют 114 млн грн, в Энергодарской – 107 млн грн, в Рубежанской – 59 млн грн, в Жмеринской (Винницкая область) – 116,8 млн грн, в Фастовской – 100 млн грн, в Хотинской (Черновицкая область) – 46 млн грн.

Решить проблему больших расходов на финансирование работы местной власти могла бы оптимизация военных администраций.

Озабоченность вызывает то, что потенциально такая экономия бюджета может негативно повлиять на качество предоставления услуг для ВПЛ. В отдельных общинах значительная часть бюджета тратится на нужды переселенцев. В частности, в Мариупольской в 2025 году более четверти бюджета направлено на социальное обеспечение, что включает расходы на ремонт новых объектов социального жилья, закупку продуктовых наборов для мариупольцев и оказание материальной помощи. 37% бюджета потрачено по статье «Экономическая деятельность», в частности на обеспечение функционирования 22 гуманитарных центров «ЯМариуполь», 8 бытовых сервисов предоставления услуг (парикмахер, стирка, коворкинг, швея, маникюр) и организацию семейного отдыха для мариупольцев.

Однако далеко не каждая община имеет такую структуру бюджета. Например, Лозно-Александровская поселковая (Луганская область) на финансирование местной власти тратит 45% бюджета, на социальное обеспечение – 2%, на образование – 2,6%.

Таким образом переселенцы из разных общин имеют неодинаковый доступ к социальным услугам и материальному обеспечению.

Еще одна проблема бюджетов оккупированных общин – отсутствие прозрачности и участия граждан в бюджетном процессе. Жители фактически исключены из принятия финансовых решений, а открытые консультации и общественные слушания не проводятся. Данные о доходах и расходах бюджетов часто неполные или вообще не обнародуются, что делает невозможным общественный контроль и подотчетность.

Таким образом, решение проблем формирования и распределения бюджетов временно оккупированных общин требует комплексного подхода и привлечения стейкхолдеров. Важно обеспечить равный доступ ВПЛ из разных общин к базовым услугам. Расходы на содержание местной власти должны быть соразмерными объему полномочий и ответственности. Весомым элементом также остается обеспечение прозрачности бюджетного процесса и разработка действенных инструментов привлечения граждан. Объединение административных функций общин может иметь положительный финансовый эффект при условии, если будет соблюден надлежащий уровень социального обеспечения ВПЛ.

Статьи, публикуемые в разделе «Мнения», отражают точку зрения автора и могут не совпадать с позицией редакции LIGA.net