Николай Фролов: «У меня не было сомнений, что закон об Антикоррупционном суде бу

19.06.2018 15:41
Категория: Аналитика

Несмотря на плотный рабочий график, ректор Запорожского национального университета, народный депутат Украины Николай Фролов нашел время, чтобы встретиться с журналистами газеты «Горожанин-Информ» и рассказать читателям, как проходило голосование за самый значимый в борьбе с коррупцией в Украине закон.

- Николай Александрович, на мой взгляд, самым резонансным политическим событием на прошлой неделе было голосование в Верховной Раде за закон об Антикоррупционном суде. В чем, на ваш взгляд, знаковость это голосования?

 

- В активном политикуме, и не только в парламенте, есть много влиятельных людей, которые не заинтересованы в том, чтобы Антикоррупционный суд появился в Украине до завершения срока каденции президента и парламента. Но также в политикуме, и в том числе и в парламенте, есть много серьезных, влиятельных, авторитетных игроков, которые были заинтересованы в том, чтобы этот суд появился. К этому добавилась ситуация, связанная с экономикой, финансами. Это обусловлено тем, что Международный валютный фонд, наши так называемые западные партнёры, привязали вопрос создания Антикоррупционного суда к теме получения следующего транша. Этот транш нам крайне необходим.

 

Сегодня ситуация с поступлениями в бюджет достаточно сложная, и, если мы не получим транш от МВФ, можно прогнозировать, что осенью могут быть серьезные проблемы. И не только у власти, не только у правительства, а и у всех нас, в первую очередь - у бюджетников. Потому что с исполнением бюджета, т.е с наполнением, с доходной частью, ситуация достаточно сложная, несмотря на маленький экономический рост, который реально есть. Но ситуация остается довольно сложной. В этом, кстати, проявились и просчеты Министерства финансов при формировании бюджета 2018 года всё с тем же господином Данилюком, который бьет себя в грудь и кричит, что он эффективный менеджер и вообще ему равных нет. А бюджет слеплен, в общем-то, создан, на зыбкой доходной части, и сегодня эта доходная часть не работает так как надо. Например, нет поступлений от приватизации. Т.е. план приватизации, а это 17 миллиардов, план приватизации на 18-й год потихоньку проваливается, но есть и другие составляющие.

 

- Почему так надолго затянулось обсуждение этого законопроекта?

 

- Кроме сказанного выше, острота дискуссий в преддверии голосования состояла еще и в том, что боролись несколько мнений, связанных с полномочиями при создании Конституционного суда, отборе судей, иностранных консультантов или членов комиссии соответственно. Потому что, скажем так, тот жесткий вариант, который предлагался нам нашими западными партнерами, явно противоречит Конституции Украины и является вмешательством в наши внутренние дела. Поэтому необходимо было провести переговоры, добиться понимания позиций украинской власти. Позитивную роль сыграла Венецианская комиссия, которая, на наш взгляд, предложила вариант учета интересов, и наших финансовых доноров, и государства Украина как независимого и самостоятельного. Вся эта совокупность обстоятельств и определила сложность дискуссии вокруг данного вопроса.

 

- Вы испытывали сомнения, что за данный законопроект сможет проголосовать необходимое большинство депутатов? Ведь, как мы видели из обсуждения правок, очень многие были настроены против этого законопроекта.

 

- Лично у меня не было сомнений, что законопроект будет проголосован. Некоторые политические деятели в тот день меня, находящегося в зале, просто порадовали. Они выходили к трибуне, это видела вся страна, клеймили этот законопроект, а потом за него голосовали. Потому что было понятно, что за Антикоррупционный суд эти деятели не могли не проголосовать. Но все равно надо было высказать свое «фе». В этом еще раз проявился, на мой взгляд, цинизм части нашего политикума.

 

- Вы считаете, что проголосовав за Антикоррупционный суд в Верховной Раде, мы вновь можем рассчитывать на поступление средств МВФ?

 

- После голосования и подписи президента под законопроектом открывается реальная возможность для получения транша МВФ. И уже продекларировано, что не позднее осени мы такой транш получим. Это позволит закрыть определенные дыры в государственном бюджете, войти в зиму 2019 года, ну, скажем так, достаточно уверенными в финансовом отношении. Хотя, я думаю, что бюджетные уроки 2018 года обязательно надо учесть при формировании бюджета на следующий год. Не может строиться госбюджет на неуверенно прогнозируемой доходной части.

 

– Известно ли вам что-то об индивидуальных договоренностях между президентом и народными депутатами в ночь перед голосованием за Антикоррупционный суд?

 

- Президент ночью не находился в парламенте. Переговоры с представителями зарубежных партнеров велись с участием президента до полшестого утра. Это я точно знаю, потому что нам, депутатам от БПП, сказал об этом сам президент и подтвердили люди из его окружения. Т.е до последнего момента искались те формулировки, которые бы устроили и украинскую сторону, не нарушали наш суверенитет и государственную независимость, и, естественно, наших западных партнеров, в первую очередь доноров, которые финансово нас поддерживают. В тот день до пяти тридцати шли переговоры, в 9.00 лично президент встретился с нашей фракцией. Состоялась конструктивная дискуссия. Потом президент, вы помните, был ещё в парламенте, выступал перед депутатами. И законопроект в этой отработанной редакции был поддержан большинством Верховной Рады в ходе итогового голосования.

 

Я считаю, что найден хороший, компромиссный вариант. Но самое главное не это. Главное то, как у нас законы исполняются. Понимаете, принимается достаточно много, на мой взгляд, хороших прогрессивных законов, и сразу же возникают серьезные проблемы с их имплементацией, с их реализацией. С этим мы сталкиваемся уже сейчас на каждом шагу, и по данным фактам можно привести массу примеров.

 

- В этот же день Верховная Рада, наконец-то, назначила аудитора НАБУ, не было ли это своего рода компромиссом, платой за проголосованный закон об Антикорупционном суде?

 

- По аудитору ситуация следующая: этот вопрос с бородой, т.е. он тянется достаточно долго, заявлено уже в парламенте несколько кандидатур. Поэтому Василенко – это компромиссная кандидатура, которая удовлетворила разные политические силы. Вот и всё. А по поводу его почтенного возраста, что сказать? У нас ведь нет дискриминации по полу, по вероисповеданию. Не должно быть – и по возрасту.